Спасибо за заказ книги. В ближайшее время с вами свяжется менеджер.

Заказать книгу "Андрей Алексеев. Путь к себе".

Дорогой друг!

Мы с радостью предоставим тебе возможность оценивать материалы, но для начала давай познакомимся! Зарегистрируйся на нашем сайте через свой аккаунт в социальных сетях, и добро пожаловать!

Ревизор: от смеха ты бы умер!

Ревизор: от смеха ты бы умер!

Сегодня счастливая сотня зрителей побывает на благотворительной премьере "Ревизора" в НГДТ под руководством Афанасьева. Все вырученные средства от продажи билетов пойдут в фонд "Защити жизнь" на лечение онкобольных детей. Про благотворительность я уже высказывалась ни раз, и на этот не хочется на ней долго останавливаться, а хочется говорить о спектакле. Вчера мне посчастливилось побывать на прогоне, пожалуй, самой долгожданной для театралов премьеры сезона. А уж как ее ждали в самом театре! И только одному богу известно, какой мечтой был "Ревизор" для Сергея Николаевича Афанасьева!

Зрители станут свидетелями зомби-парада, в котором смешаются мистический реализм Гоголя и сатира Афанасьева.

Спектакль, подобно многослойному пирогу, богат на пласты аллюзий. Перед нами то и дело вырастают "Вечера на хуторе близ Диканьки", проплывает панночка, пляшут черти. Жена Городничего Анна Андреевна напоминает Солоху. Помимо отсылок к гоголевским текстам спектакль богат на цитаты из отечественного кинематографа и телевидения. Всё подано очень вкусно, на одном дыхании! Не хочется раскрывать всех карт, потому что вы сами захотите проделать это во время спектакля.

Гоголевские метафоры обретают буквальное воплощение: мертвецки пьяный Прохоров действительно оказывается трупом. "Черт его знает, что такое, только не жаркое. Это топор, зажаренный вместо говядины", - ругается Хлестаков, и действительно обнаруживает в своей тарелке топор. Городничий, желая заглянуть в нутро Хлестакова, распарывает его на глазах у зрителей.

Герои афанасьевского "Ревизора" то и дело "оговариваются". "Да если спросят, отчего не выстроена школа… театр… церковь при богоугодном заведении, на которую назад тому пять лет была ассигнована сумма, то не позабыть сказать, что начала строиться, но сгорела!" - говорит городничий, прибавляя к оригинальному тексту "школу" и "театр". Добчинcкого он "невзначай" называет "здешним посме… то есть помещиком".

Обещанная вакханалия до боли напоминает прием "на высшем уровне" с выступлениям лучших коллективов города, патриотических песен, хороводов в национальных костюмах и, конечно, фуршетом.

"От смеху ты бы умер!" - пишет Хлестаков своему товарищу Тряпичкину, в то время как сцену уже наводнили ходячие мертвецы, а зрители покатываются от хохота. Потому что, если не смеяться, то придется плакать. И, конечно, все знают ответ на вопрос: "Над кем смеёмся?" Над собой смеёмся!